Лобархон – наша мама была врачом. Врачом-педиатром высшей категории. В её руках было исцеление, в её словах — утешение, а во взгляде всегда жила глубокая ответственность. Для неё каждый ребёнок был доверенной судьбой. Облегчить боль чужого ребёнка и вернуть его матери здоровым — в этом она видела смысл своей жизни. А к своим детям она относилась ещё строже, ещё бережнее: чтобы не простудились, чтобы не подхватили болезнь, чтобы ни один недуг не нашёл к ним дорогу. Она жила, взвешивая каждый вдох.
Она дважды впадала в кому. В первый раз жизнь вернула её ради детей. Мысль: «Мои дети ещё маленькие» — вытащила её с порога смерти. Она вернулась. Тяжело, но с надеждой. Она снова работала, снова переживала, снова думала не о себе, а о детях. Она не говорила о боли, не показывала усталости. Как врач она слишком хорошо знала болезнь, а как мать будто не имела права болеть.
Во второй раз она не вернулась. Из второй комы она уже не вышла. В пятьдесят лет, в то время, когда жизнь только должна была продолжаться, когда детям ещё так нужна была материнская молитва… Она ушла тихо. Без слов, без прощаний, оставив в наших сердцах тяжёлую тишину.
Она вырастила четверых детей, оберегая их, не допустив болезни. Мы выросли здоровыми. Это была её самая большая победа. Но лишь потом мы поняли, что за эту победу она заплатила собственной жизнью. Чтобы мы не болели, она медленно угасала сама.
Теперь в доме нет белого халата, нет маминого голоса. Но остался её путь. Она — в каждом нашем осторожном шаге, в каждом невысказанном «не выходи на холод», в каждой молитве. Каждый наш здоровый день — это её любовь, её жертва, её жизнь.
Мама ушла. Но материнская тоска не уходит. Она не исчезает со временем. Она живёт в сердце — молитвой, памятью, тишиной.
Феруз Хайдархон
Мавзуга оид бошқа хабарлар